«Димитрий Самозванец»

    ПРЕДСТАВЛЕНА В ПЕРВЫЙ РАЗ В 1771 ГОДУ ФЕВРАЛЯ 1 ДНЯ НА ИМПЕРАТОРСКОМ ТЕАТРЕ В САНКТПЕТЕРБУРГЕ
    ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
    Димитрий Самозванец Шуйскиий Георгий, князь Галицкий Ксения, дочь Шуйского Пармен, наперсник Димитриев Начальник стражи Бояря и прочие
    Действие в Кремле, в царском доме
   
    ДЕЙСТВИЕ I
    ЯВЛЕНИЕ 1
    Димитрий и Пармен.
    Пармен
    Разрушь монархова наперсника незнанье! Дней тридцать лишь твое внимаю я стенанье И зрю, что мучишься на троне завсегда. Какая предстоит Димитрию беда? Блаженству твоему какая грусть мешает? Или уже тебя престол не утешает? Хоть был несчастлив ты, но век твой ныне нов. То небо отдало, что отнял Годунов. Не мог тебе злодей во гроб дверей отперти, Судьбиною ты взят из челюстей злой смерти, А истина на трон отцев тебя взвела. Какие ж горести судьба тебе дала?
    Димитрий
    Зла фурия во мне смятенно сердце гложет, Злодейская душа спокойна быть не может.
    Пармен
    Ты много варварства и зверства сотворил, Ты мучишь подданных, Россию разорил, Тирански плаваешь во действиях бесчинных, Ссылаешь и казнишь людей ни в чем не винных, Против отечества неутолим твой жар, Прекрасный стал сей град темницею бояр. Отечества сыны все счастьем одинаки, И здравие твое брегут одни поляки. Восточной церкви здесь закон совсем падет, Под иго папское царь русский нас ведет И, ежели ко злу влечет тебя природа, Преодолей ее и будь отец народа!
    Димитрий
    В законе Климент мя присягой обязал, А польский мне народ услуги показал. Так милости моей Россия не причастна, Коль папской святости не хочет быть подвластна.
    Пармен
    Мне мнится, человек - себе подобным брат, И лжеучители рассеяли разврат, Дабы лжесвятости их черни возвещались, И ко прибытку им их басни освещались. Нам наши пастыри того не говорят И, с ними развратись, судьбу благодарят. Сложила Англия, Голландия то бремя, И пол-Германии. Наступит скоро время, Что и Европа вся откинет прежний страх И с трона свержется прегордый сей монах, Который толь себя от смертных отличает И чернь которого, как бога, величает.
    Димитрий
    Толь дерзостно, Пармен, о нем не говори. Сие светило чтут и князи и цари!
    Пармен
    Не все к нему, не все усердным сердцем тают, Но многие его притворно почитают, И виден только в нем вселенский патриярх, Не мира судия, не бог и не монарх.