Родители! ужаснитесь мнимоневинного желания, чтобы дети ваши отличнее других лепетали на языке наших врагов-завистников, оставляя в небрежении свой, богатый и благозвучный...
В день своего появления на свет он уже, что называется, вышел в тираж. Есть страны, где люди доживают до глубокой старости: в Нейи-сюр-Сен стариками рождаются...
) скажите: "Вот вам бочонок серебра, старики, вот вам бочонок злата, молельщики". На мордовский молян ..
Творчество Александра Петровича Сумарокова (1717-1777) - важнейшее звено в русском историко-литературном процессе. Его достижения были восприняты последующими писателями, и сделанное им вошло в сокровищницу великой русской литературы. "Различного рода стихотворными и прозаическими сочинениями, - писал А. И. Новиков, - приобрел он себе великую и бессмертную славу, не только россиян, но от чужестранных академий и славнейших европейских писателей. И хотя первый он из россиян начал писать трагедии по всем правилам театрального искусства, но столько успел в оных, что заслужил название Северного Расина". Желание исправлять нравы и разъяснять истину, стремление научить каждого исполнять свои обязанности перед обществом толкнуло Сумарокова к драматургии. Театр был школою жизни. Корнель, Расин, Мольер учились у греков и римлян, и сами стали большими мастерами. В России еще не было своих трагиков и комиков, и со сцены никто не поражал пороков и не возносил добродетель. Не было пока еще и самого театра. А. П. Сумароков считал, что путь к национальной драматургии должна открыть трагедия. Этот жанр, по мнению писателя и его современников, должен освещать жизнь особ царской крови, от которых зависит судьба государства и народа. Человеческая природа считалась исторически неизменной - во все времена люди чувствуют и думают одинаково, поэтому обстановка событий была несущественна. В 1747 г. была написана трагедия "Хорев". В постановке кадетов Сухопутного Шляхетного корпуса она имела успех. Поэтому в этом же исполнении в 1750 г. зрителю была представлена следующая трагедия Сумарокова - "Гамлет". Вопрос об источниках этого произведения окончательно не решен, вероятно, это был прозаический перевод трагедии Шекспира, изданный М. де ла Плассом в сборнике "Английский театр" (1745-1748). Герой в русской версии, по словам самого автора, "едва-едва" напоминает шекспировского Гамлета - Сумароков старался исправит английский источник: "... Не все ему там пригодилось. Вслед за Вольтером он полагал: что Шекспир пишет как пьяный дикарь, не соблюдая никаких литературных правил. Шекспир может трогать сердца, но оскорбляет образованный вкус хаосом действия" [1,c.89]. Сумароков в трагедии оставляет только одну идею: власть берут силой или обманом, за нее борются на смерть. Изменен и сюжет: кровожадный Полоний, расчищая дорогу к трону своему покровителю Клавдию, убивает законного короля датского, отца Гамлета. Клавдий занимает трон и женится на королеве Гертруде, ставшей жертвой интриги. Убитый отец является Гамлету во сне и, зная о его любви к Офелии, дочери Полония, просит сына "отставить дела любовные". Гертруда в глубоком отчаянье и принимает решение оставить дворец, чтобы в уединении просить бога о прощении - к этому она приходит, узнав всю правду от сына о короле и убийстве. Королева желает, чтобы Гамлет "воспринял родительскую власть", а Клавдия просит оставить трон, но он отказывается. Король готов убить Гертруду и женится на Офелии. Гамлет мечтает о смерти-сне, дающей забвение от страданий (мотив Шекспира). Однако мысль о мучениях народа под властью тирана Клавдия заставляет его действовать. Полоний, видя, что Офелия не хочет участвовать в его и планах короля, угрожает дочери смертью. Клавдий отправляет десять рабов для убийства Гамлета и Гертруды. Готовится и казнь Офелии. Разносится слух о гибели принца, народ окружает дворец. В это время является сам Гамлет с воинами и наперсником Армансом, спасает Офелию, хочет убить Полония, однако дочь вымаливает жизнь отцу и его берут под стражу. С этого момента тема любви Офелии и Гамлета активно влияет на сюжет. После страшной душевной борьбы принц отказывается от мести Полонию и рассказывает своей возлюбленной, как спас себя и мать от убийц, посланных Клавдием, как ворвался во дворец узурпатора и убил его. В это время становится известно, что Полоний "дух во злобе испустил". Как видно из сюжета, все, что не связано с темой власти было отсечено - в пьесе не стало героев "Гамлета" Шекспира: Фортинбраса, Розенкранца, Гильденстерна, актеров, могильщиков. Взамен возникли Арманс - наперсник Гамлета; подруга Офелии - наперсница Флемина, а также ее мамка - Ратуда. Трагедия была основана на единстве действия, а суть его - месть принца Гамлета за убийство короля-отца. Развивая проблему власти, Сумароков характеризует ее носителей. Новый король Клавдий - отъявленный злодей. Добиваясь трона, он готов умертвить своих бывших союзников, начиная с королевы, и взять себе в жены Офелию. Царедворец Полоний считает, что царь - это бог в принадлежащих ему странах, и все действия его оправданы:
"Когда кому дана порфира и корона, Тому вся правда, власть, и нет тому закона"[1, c.89].
Каким же, по мнению автора, должен быть идеальный правитель? Об этом он говорит устами Гертруды, которая возражает Полонию:
"Не сим есть праведных наполнен ум царей: Царь мудрый есть пример всей области своей; Он правду паче всех подвластных наблюдает И все свои на ней устои созидает, То помня завсегда, что краток смертных век: Что он в величестве такой же человек, Раби его ему любезные суть чады, От скипетра его лиется ток отрады..."[1, c.89].
Гамлет у Сумарокова лишен колебаний, раздумья и устремлен к одной цели - им владеет жажда мести. Он любит Офелию, но знает, что ее отец Полоний - участник злодейства, и выбирает между необходимостью убить его и сознанием несчастья, которое будет причинено Офелии:
"Что делать мне теперь? Не знаю, что начать. Легко ль Офелию навеки потерять. Отец! Любовница! О имена драгие!... Пред кем-нибудь из вас мне должно быть в вине" [2,c.86].
Автор наделил Гамлета готовностью к действию во имя восстановления справедливости. Он ощущает моральное право на трон, имея целью спасти народ, поэтому побеждает в ожесточенной борьбе. В датском государстве снова все благополучно: скипетр в руках принца, вместе с ним Офелия. "Гамлет Сумарокова - не мститель, а освободитель народа от тирании и в будущем, надо полагать, вполне просвещенный монарх". Театр в эпоху классицизма видел в "Гамлете" Шекспира "грубую варварскую пьесу". Такое отношение обусловило появление "переделанных" Гамлетов. Реабилитация великого английского драматурга на рубеже 18-19 вв. (сначала сентименталистами, а потом романтиками), понимание того, что его пьесы "не требуют исправлений" (Н. М. Карамзин), открыло дорогу спорам о Гамлете и его многочисленным прочтениям. Гамлет А. П. Сумарокова полностью соответствует требованиям классицизма и эпохе 17 в. Он менее глубок, чем герой Шекспира, более прямолинеен. Здесь нет самоуглубления, остроумных реплик как в английской пьесе. Отсутствие в трагедии некоторых действующих лиц лишило произведение Сумарокова того, что обогатило шекспировскую: философские размышления Гамлета о человеке, о государстве, о театре, литературе; много юмора, иронии. Однако Гамлет в русской версии привлекает своей смелостью, решительностью. Нельзя сказать, что он поверхностный человек. Гамлет у Сумарокова тоже размышляет, сомневается, переживает, правда, эта линия позаимствована у Шекспира. Идея народного освободителя, вложенная автором в этот образ, вызывает к нему симпатии читателей.
Литература 1. Западов А. В. Литературные очерки. - М.: Из-во Московского университета, 1984. 2. Энциклопедия литературных героев. - М.: Агаф,1988.
Источник: http://www.durov.com/
Тем временем:
... Тогда коварное чудовище, чтоб показать свои признаки жизни, слегка пошевелило лапами и хвостом, приподняло рыло и испустило нечто подобное продолжительному сопенью. - Ну, не сердись, Карльхен! - ласкательно сказал немец, удовлетворенный в своем самолюбии. - Какой противный этот крокодил! Я даже испугалась, - еще кокетливее пролепетала Елена Ивановна, - теперь он мне будет сниться во сне. - Но он вас не укусит во сне, мадам, - галантерейно подхватил немец и прежде всех засмеялся остроумию слов своих, но никто из нас не отвечал ему. - Пойдемте, Семен Семеныч, - продолжала Елена Ивановна, обращаясь исключительно ко мне, - посмотримте лучше обезьян. Я ужасно люблю обезьян; из них такие душки... а крокодил ужасен. - О, не бойся, друг мой, - прокричал нам вслед Иван Матвеич, приятно храбрясь перед своею супругою. - Этот сонливый обитатель фараонова царства ничего нам не сделает, - и остался у ящика. Мало того, взяв свою перчатку, он начал щекотать ею нос крокодила, желая, как признался он после, заставить его вновь сопеть. Хозяин же последовал за Еленой Ивановной, как за дамою, к шкафу с обезьянами. Таким образом, все шло прекрасно и ничего нельзя было предвидеть. Елена Ивановна даже до резвости развлеклась обезьянами и, казалось, вся отдалась им. Она вскрикивала от удовольствия, беспрерывно обращаясь ко мне, как будто не желая и внимания обращать на хозяина, и хохотала от замечаемого ею сходства сих мартышек с ее короткими знакомыми и друзьями. Развеселился и я, ибо сходство было несомненное. Немецсобственник не знал, смеяться ему или нет, и потому под конец совсем нахмурился. И вот в это-то самое мгновение вдруг страшный, могу даже сказать, неестественный крик потряс комнату. Не зная, что подумать, я сначала оледенел на месте; но, замечая, что кричит уже и Елена Ивановна, быстро оборотился и - что же увидел я! Я увидел, - о боже! - я увидел несчастного Ивана Матвеича в ужасных челюстях крокодиловых, перехваченного ими поперек туловища, уже поднятого горизонтально на воздух и отчаянно болтавшего в нем ногами...
